Недавно одно из крупных воронежских предприятий – ЗАО «Центрально-Черноземный плодово-ягодный комбинат» – признало долги перед кредиторами на сотни миллионов рублей. Руководство компании заявило о ликвидации юридического лица. Аграрный комплекс находится в Новоусманском районе. Однако по факту комбинат живет и здравствует. Вероятно, это связано с тем, что в организации процветает «рабский» труд. В этом убедился корреспондент «Блокнота», который вместе с волонтерами движения «Альтернатива» отправился вызволять двух невольников из «трудового плена». Как люди попадают в рабство и сколько таких рабов может трудиться на комбинате? Об этом в нашем материале.
«Я удивлен, что такое до сих пор существует» Освобождать невольников мы поехали вместе с волонтерами Алексеем и Сергеем. Алексей – москвич, состоит в «Альтернативе» с самого начала работы движения. Сергей – воронежец. На данный момент он уже два года ищет пропавших людей вместе с отрядом «ЛизаАлерт». От поисковиков и узнал про «Альтернативу». Эта операция для него вторая. Ранее он участвовал в освобождении рабов на ферме в Богучарском районе.
В этот раз разыскивали сожителей: мужчину 1968 года рождения по имени Анатолий и женщину 1971 года, Светлану. Оба живут в городе Переславль-Залесский Ярославской области. Оба крепко выпивают. Пара пропала еще в начале августа. У Светланы был телефон, по которому она держала связь со своей племянницей. Именно она спустя несколько месяцев обратилась в «Альтернативу», передала контакты пленницы. Алексей созвонился уже с ней. Сама женщина не могла сказать, где находится: лишь сообщила, что что-то слышала про Воронежскую область. И продиктовала надпись на вывеске, которую увидела на территории предприятия: «Центрально-Черноземный плодово-ягодный комбинат». Вместе с Анатолием они находились в одном из трех бараков. Встречались там каждый день в 21:00.
Изначальный план выглядел так: подъехать к проходной, вызвать полицию, вместе с правоохранителями зайти на предприятие, забрать пленников и уехать. По пути волонтеры узнали, что рабы находятся на крупном предприятии. «Я удивлен, что такое до сих пор существует», – говорит Сергей. Алексей же поделился опытом. Чаще всего, по его словам, невольников освобождают из «рабочих домов» для зависимых людей. Ранее нередко операции проводились на нелегальных кирпичных заводах в Дагестане. Сейчас такого стало меньше. Но в целом больше всего рабов удерживают в регионах Юга России.
На развязке двух грунтовых дорог неподалеку от комбината замигали проблесковые маячки – наш автомобиль остановил экипаж ГАИ. Сергей, бывший за рулем, показал автоинспекторам документы и попросил вызвать полицию, объяснив ситуацию. Сотрудники ДПС сказали, что быстрее и лучше будет вызвать силовиков по номеру «112». Один из ГАИшников вспомнил, что полиция часто посещает территорию комбината. Про рабство инспекторы не слышали, но рейды против нелегальных мигрантов там проводятся регулярно. Объяснить диспетчеру экстренной службы, где находится комбинат, оказалось гораздо труднее, чем ожидалось. На том конце провода либо не понимали, либо не хотели понять точные координаты предприятия. Тем не менее, спустя 40 минут, полицейские прибыли на место. Проходная на территорию комбината Они подтвердили то, о чем мы ранее говорили с сотрудниками ГАИ, – правоохранители действительно частые гости на плодово-ягодном комбинате. Полицейские заявили нам, что во всем разуберутся сами, а нас на территорию не пропустят.
Они заехали через проходную, а через 5 минут вывезли пленников. Пару доставили в отдел для опроса. Те, кого мы искали – Светлана и Анатолий. В один момент Анатолий понял: его благоверная, пока собирала вещи – забыла самое главное – документы. Мужчина обратился к одному из полицейских и озвучил свою проблему. Тот позвонил на проходную комбината (благо охранник его знакомый, так как сотрудники часто приезжают на предприятие). – Юрец, там баба под подушкой у себя в бараке забыла документы, вынеси, пожалуйста, – обратился к сторожу полицейский. – А там еще под кроватью сапоги у меня лежат, их захватите, – попросил сквозь телефонный разговор Анатолий. В ответ на это полицейский продемонстрировал на своем лице бесценную эмоцию: гнев, шок и моральное опустошение одновременно. А затем демонстративно (но в шутку и сменив гримасу на снисходительную) стукнул кулаком по столу. Пленников доставляют в отдел полиции Опрос закончился. Мы с подопечными вышли из отдела, посадили их в машину и снова повезли до проходной. Нас встретил охранник, спокойно передал сумку, и мы поехали на съемную квартиру. Там освобожденные пленники провели ночь и привели себя в порядок. После их отправили в Москву, а оттуда другие волонтеры довезут до родного города.
Когда мы встретились с правоохранителями, один из них поделился, что с августа по начала декабря с территории предприятия полицейские в сопровождении ОМОНа уже вывезли три полных автобуса с работягами. Волонтеры «Альтернативы» в этот раз не смогли организовать выезд более двух пленников, потому что на это нужны заявки либо от них, либо от их родственников. А они поступили только по теме наших подопечных. Есть и еще одно наблюдение по поводу условий содержания людей в бараках. Светлана рассказывала, что один из рабочих упал со второго яруса кровати и повредил ногу. Впоследствии боль стала настолько сильной, что мужчина не мог двигаться. Скорую помощь ему не вызывали около полутора недель. У другого пленника, предположительно, началась гангрена после небольшой раны на пальце. К счастью, медики забрали его почти сразу. Поля, принадлежащие комбинату До вербовки Светлана работала уборщицей, на это место ей помогла устроиться подруга. Анатолий перебивался «шабашками». Будучи в плену, мужчина собирал яблоки. Даже после наступления холодов его и других рабочих отправляли поднимать с земли опавшие плоды. Светлана же работала на «заводе». Так называется место, где яблоки сортируют и упаковывают.
После вербовки «работу» в комбинате Светлана и Анатолий выполняли около шести месяцев. По словам волонтеров, в период нахождения в плену им регулярно выдавали еду и небольшие денежные выплаты. В итоге они получили по 2 тыс. рублей, а также продукты питания и одежду. И хотя условия содержания были неблагоприятными, волонтеры подчеркивают, что Светлана и Анатолий были живы и здоровы, что является главной целью их работы.